Четверг, 19 июля 2018 12:06

Бесстрашная эстонская разведчица Леэн Кульман

Бесстрашная эстонская разведчица Леэн Кульман

 

Хелена Андреевна (Леэн Андресовна)

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 мая 1965 года Хелена Андреевна (Леэн Андресовна) Кульман была посмертно удостоена звания Героя Советского Союза.

Леэн родилась 31.01.1920 года. У нее было не простое детство - когда ей было всего 12 лет, умер ее отец. Даже при советской власти потерять основного кормильца в многодетной семье (у Леэн было 5 братьев и 5 сестер) означало полуголодное существование. А в 1932 году в Эстонии была далеко не советская власть. Хорошо еще, что старшие сестры и братья уже были достаточно взрослыми, чтобы получать временную подработку - именно они помогли своей младшей сестренке окончить полноценную среднюю школу. Мало того, уже после присоединения Эстонии к СССР девушка успела получить средне-специальное педагогическое образование, но проявить себя в качестве учителя начальных классов толком не смогла - летом 1941-го начались совершенно другие "уроки" и "экзамены". Правда сначала была эвакуация в Челябинскую область, где она полгода так и проработала воспитателем в детском саду в группе для эвакуированных из Прибалтики...

 

XL2.jpg

Хелен с братом Борисом (1938 г)

Леэн Кульман подпольщицей можно назвать лишь условно. Кадровый офицер младший политрук Кульман выполняла на территории Эстонии боевое задание разведуправления БалтФлота - она собирала сведения о сосредоточениях и передвижения наземных и морских воинских подразделений противника в районе Чудского озера и в морском порту Пярну. 

XL3.jpg

Копия удостоверения комсорга ЦК ЛКСМ Эстонии Леэн Кульман

На фронт будущая разведчица попала в начале 1942 года - как раз в это время в районе Челябинска заканчивалось переформирование 7-й эстонской стрелковой дивизии и девушка успела "записаться" санинструктором. Однако, вскоре в штабе дивизии обратили внимание на среднеспециальное педагогическое образование Кульман и, согласно поступившей накануне разнарядки из штаба фронта, направили девушку в Ленинград - в разведшколу. Ускоренные курсы по работе с передатчиком и основным азам разведработы в тылу врага, и уже 13.09.1942 Леэн забрасывают на самолете в район города Тарту. "Легализоваться" Кульман было не сложно - в Тарту жила ее родная сестра. К тому же, в это время домой возвращалось много эстонцев, которым не особо повезло с эвакуацией - разбомбили поезд, отстали от поезда и т.д. 4 месяца Кульман передавала в штаб БалтФлота ценные сведения. 

 XL33.jpg

Хелен на первомайской демонстрации (1941 г.)

2 января 1942 года Леэн Кульман передала свою последнюю радиограмму. Она гостила у своей родной сестры Ольги на хуторе Ояэрэ (Выруский район) - недалеко от этого хутора она вышла на связь с Большой землей и ее рация была запеленгована. Леэн пришла на хутор и не успела спрятать рацию в тайник - немецкая контрразведка взяла ее практически "с поличным" (с рацией). Вместе с Леэн арестовали и ее сестру с мужем. Три месяца допросов, пыток, попыток склонить к сотрудничеству с Абвером. Чтобы убедить советскую разведчицу сотрудничать, фашисты арестовали также еще одну родную сестру Леэн и ее мать, которые проживали в Тарту. Леэн поставили перед выбором - либо она работает на немцев, либо всех ее родных казнят. Невыносимая физическая боль от пыток и душевные муки от понимания, что фашисты из-за нее расстреляют сестер и мать, все равно не сломили волю девушки - она не стала предательницей. 

 XL44.jpg

06.03.1943 фашисты вывели в тюремный двор Леэн и ее родных. Сначала был расстрелян муж сестры Ольги, затем Ольга, потом еще одна сестра... В любой момент Леэн могла остановить казнь, но мать поддерживала дочь: "Крепись. Будь сильной до конца". Леэн Кульман гитлеровцы расстреляли последней...

 

Мемориальная доска

08.05.1965 разведчице Кульман Л.А. было присвоено звание Герой Советского Союза (посмертно).

Кульман Леэн Андресовна

 

Леэн Кульман - разведчица штаба Краснознаменного Балтфлота младший политрук

Темной и дождливой ночью 14 сентября 1942 года маленький самолет поднялся в воздух с ленинградского аэродрома и взял курс на Эстонию. В машине кроме летчика сидела одна пассажирка. Это была разведчица Леэн ( Хелен ) Кульман. Советское командование направило ее в глубокий тыл врага. Мать Леэн, Лидия Мурдвеэ, позднее вспоминала: «Сентябрьским вечером 1942 года сама радость постучалась ко мне в сердце – это была встреча с Хелене. Я тогда жила на Техтверской мызе. В комнате было уже темновато. Вдруг кто-то из-за спины закрывает теплыми ладонями мне глаза. И спрашивает: «Скажи, кто?» Это был ее голос! Я бы его узнала из тысячи голосов. Это были ее руки – руки моей дочери. Тогда Хелене мне ничего не сказала, да и я не настаивала, понимая, что ей нельзя всего говорить даже мне – матери. Она сказала, что приехала, мол, из Пярну от приемных родителей, а в большом, аккуратно перевязанном пакете у нее не что иное, как лечебные травы, которые собрали студенты. На самом деле это была рация... Счастье мое было недолгим. Вскоре Хелене уехала куда-то и оставила мне лишь коротенькую записку с прощальными словами: «До свидания, дорогая мамочка. Скоро опять увидимся!» Так началась борьба эстонской девушки-разведчицы с врагом, оккупировавшим ее родину.
Леэн родилась 31 января 1920 года в городе Тарту шестым ребёнком в многодетной семье сапожника Андреса Кульмана. В 1927 г. поступила в 1-ю Тартускую городскую школу, в которой училась до 1931 г. Затем училась в 5-й Тартуской школе, которую окончила в 1933 г. В 1932 г. у Леэн умер отец, оставив на иждивении матери пятерых малолетних детей; в том же году умерла и ближайшая подруга девочки, Майга Берзин, родители которой с этого времени стали поддерживать Леэн материально, как родную дочь. За их счет она училась с 1933 по 1937 гг. в Тартуской педагогической средней школе, после чего перевелась в Таллинскую. В 1941 г. Леэн получила специальность учительницы неполной средней школы.
Так как отец её покойной подруги Фриц Берзин был капитаном дальнего плавания, то у Леэн была возможность во время летних каникул путешествовать вместе с ним. В 1934, 1936 и 1938 гг. она побывала в Финляндии, Швеции, Бельгии, Франции, Англии.
В 1940 г. Эстония входит в состав СССР. Она учится в Таллинском педагогическом институте и работает старшей пионервожатой. Только Лээн окончила институт и получила направление в школу, как началась война. Девушка пришла в военкомат, просила послать ее на фронт, но ей отказали, сказав, что она больше принесет пользы в тылу. В эти дни Кульман работает в Таллинском горкоме комсомола, организует противовоздушную оборону, помогает раненым. А 25 августа 1941 г., вместе с другими защитниками города, Леэн была эвакуирована в Нязепетровский район Челябинской области, в колхоз «Ленинский путь». Работала табельщицей на ферме и в поле. Узнав, что на Урале формируются эстонские национальные части, Леэн пошла в военкомат и вскоре, в январе 1942 г., стала бойцом медсанбата 7-й эстонской стрелковой дивизии. В воинской части Леэн выразила желание стать разведчицей Балтийского флота, и ее вскоре направили в Ленинград, в разведшколу, где она стала изучать радиодело и готовиться к работе в фашистском тылу.
14 сентября 1942 г. лётчик, доставивший Леэн Кульман во вражеский тыл, составил следующее донесение: «Произведен вылет в район города Тарту, на два с половиной километра южнее города Валга. Парашютист сброшен в 22 часа 40 минут с высоты 300 метров при скорости полета 240 км в час. Парашют раскрылся нормально, приземление в заданном месте». Утром 15 сентября в 9 часов Леэн связалась с центром и доложила: «Всё в порядке, приступаю к выполнению задания». Вечером, во время следующего сеанса связи, она сообщила, что шоссе Алатскиви – Идласе гитлеровцами не охраняется. С первых дней пребывания в тылу врага Леэн собирала данные о передвижении германской военной флотилии на Чудском озере. Затем разведчица направилась в Тарту, где продолжала добывать сведения о войсках противника. В Тарту она поселилась у своей сестры Ольги Меги. Затем перебралась в Южную Эстонию, в уезд Вырумаа. 11 октября Леэн снова вышла в эфир и стала передавать центру регулярные сообщения. 12 декабря разведчица выехала в Пярну. Ее задачей было наблюдение за морскими силами противника в порту Пярну и в заливе, а также за дислокацией воинских частей в районе Чудского озера. 25 и 26 декабря 1942 г. состоялся сеанс связи с центром. Кульман передавала: «Проезд по ширококолейной железной дороге – по пропускам, по узкоколейной – без пропусков. Пярнуский порт замёрз. Кораблей нет. В устье реки Пярну большой военный склад. На берегу реки Пярну, левее моста для пешеходов, в 200 метрах вверх по течению склад продовольствия». Выполнив задание, Леэн вновь возвратилась в уезд Вырумаа. 1 января 1943 г. центр принял от нее два последних разведдонесения.
2 января 1943 года полиция пришла в дом Ольги Меги. При обыске в матраце был найден передатчик. Леэн в тот же день была арестована. Ольга Меги рассказывала: «Леэн была очень спокойна. Только лицо бледнее, чем всегда. Ее твердое поведение помогло и мне сдерживать слезы. Леэн была одета в шерстяное коричневое платье, в зимнее пальто и меховую шапку. Она хотела мне что-то сказать, но ей не разрешили. Уловив момент, она прошептала: «Тебя я не вмешаю в это. Ты ничего не знаешь о всей этой истории. Ясно?» Ее допрашивали в местной школе всю ночь. Потом увезли. О дальнейшей судьбе ее знаю мало, но знаем, что она не передала врагу ни одной тайны и пошла навстречу смерти с поднятой головой». В трофейных документах указывается, что Леэн Кульман была отправлена в распоряжение политической полиции города Выру, а 4 января 1943 года передана внешней сыскной полиции в Пскове как советская разведчица.
Впоследствии был найден еще один документ: учетная карточка Леэн Кульман. На карточке пометка: «Находясь под арестом, Кульман умерла. Закончить личное дело 02.04.43». На самом же деле разведчица погибла – 6 марта 1943 г. от пули члена эстонской фашистской организации «Омакайтсе», который выстрелил в спину Леэн после того, как та плюнула ему в лицо и назвала негодяем. Ни малейшей информации палачи от героической разведчицы не добились.
8 мая 1965 года Хелене (Леэн) Кульман присвоено звание Героя Советского Союза. На ее родине, в Тарту, открылся музей, был установлен памятник. Именем Леэн названы улицы в Тарту, Минске, Нязепетровске (Челябинская область).
 
 

Поэтому и хочу обратиться к письмам патриотки-эстонки, Леэн Кульман, разведчицы, Героя Советского Союза, одной из двух героинь службы спецрадиосвязи военной разведки. Когда она писала их, ее заброска в тыл была впереди, но как угадала она многое из того, что произошло с ней потом. И как тверда и верна осталась она своим убеждениям, несмотря на пытки, боль, унижения.

Теперь мы часто поражаемся бездуховности и безнравственности ныне живущих. Так не время ли вспомнить о таких, как Кульман? Время.

Из письма Леэн сестре:

«Так много есть о чем сказать, но к чему все это. Если люди были так близки, как мы, близнецы, если они вместе так много пережили, перенесли так много трудностей, тогда сильно ощущаешь отсутствие близкого человека.

Все пережитое без него словно оставляет где-то пустоту…»

Когда она писала эти строки, ей было всего двадцать два, а пережить действительно пришлось много.

Леэн, а при рождении ее звали Хелене, родилась шестым ребенком в семье сапожника. Полуголодное детство, да еще отравляющий душу национализм. Чтобы стать «незаметнее», вся семья сменила имена и фамилии на более эстонские. Халане стала Леэн, старший брат Борис — Энном, младший Александр теперь звался Агу, мать Лидия Кульман взяла фамилию Мурдвеэ.

Тяжело заболел и умер отец. Мать кормила пятерых малолетних детей.

«В 1932 году, — напишет Кульман в биографии, — умерла от несчастного случая моя школьная подруга Майга Берзинь. С этого времени ее родители начали поддерживать меня материально… Летом я жила у них, зимой — у матери. Летом 1940 года была с приемной матерью в Пярну. 21 июня произошел полный разрыв между мной и приемными родителями».

Леэн уезжает в Таллин, к старшей сестре, поступает в педагогическое училище. С началом войны, в дни обороны Таллина помогает раненым, участвует в тушении пожаров.

Из письма Леэн сестре:

«Не вешай нос. Это только начало трудностей. Но все это проходящее. Помнишь, ты сама однажды написала в мой альбом приблизительно такую мысль, что буря и дождь пройдут и опять будет светить солнце. Так исчезнет и самая большая боль и горе, и наступит опять время, когда можно будет смеяться от всего сердца и быть счастливой. Украшают ее именно трудности…»

В августе, когда немцы уже ворвались в пригороды Таллина, Леэн эвакуировалась на пароходе «Суур-Тылл». Город пылал, бомбили порт. На следующий день она была уже в Ленинграде. Кульман запишет в своем дневнике: «Нельзя плакать, нельзя быть слабой. Для этой борьбы нужны железные люди».

В конце октября Леэн окажется в эвакуации в селе Ункурду Челябинской области. Будет работать в колхозе, жить в русской семье Анны Кузнецовой. Узнав, что на Урале формируется эстонская дивизия, она вместе с другими девушками и парнями приходит в военкомат, и 9 января 1942 года их зачисляют добровольцами. Леэн попадает в медико-санитарный батальон.

25 января у Кульман «первый рабочий день». Она дежурит в инфекционной больнице. Вскоре ее назначают политруком санитарной группы. И все-таки есть горечь разочарования: тыл, больница… Хочется чего-то большого.

Из письма Леэн сестре:

«Когда живешь ради одной идеи, когда хочешь сделать все, чтобы она осуществилась, тогда никакая трудность не будет непреодолимой. Хотя порой невольно на глаза набегают слезы. Но они быстро высыхают в азарте труда. Все проходит и изменяется. Нет ничего вечного. Представьте себе, как скучно было бы жить пустой, будничной, скучной жизнью. Мы, комсомольцы… избрали для себя другой путь, более трудный и красивый. Жизнь, полную борьбы и радости победы. И не променяем ее на более легкую жизнь».

Вскоре Кульман направляют в разведшколу. В характеристике написано: «Имеет большое желание скорее идти на фронт для борьбы с фашизмом».

…14 сентября 1942 года после возвращения из ночного полета морской летчик капитан Летуновский написал рапорт: «Вылет произведен в район города Тарту, 2,5 км южнее местечка Вялки. Парашютист выброшен в 22 часа 44 минуты с высоты 300 метров при скорости самолета 240 км/час. Парашют раскрылся нормально, и приземление произошло в указанном месте…»

Утром следующего дня приемный центр разведотдела штаба Балтийского флота принял радиограмму: «Все в порядке. Приступаю к выполнению задания. Камбала». Такой псевдоним был присвоен одной из первых советских разведчиц, действовавших на территории оккупированной Эстонии, — Леэн Кульман.

Лес северо-восточнее Тарту выходил к Чудскому озеру. Сюда и приземлилась разведчица-радистка. В ее задание входило собирать сведения о передвижениях военных кораблей и грузового транспорта в порту Пярну, о перевозках по железной дороге Рига—Нарва, о боевом составе флотилии, которая базировалась на Чудском озере.

Леэн Кульман вела наблюдение за дорогой, за озером, а вечером торопилась в лес. Там была «забазирована» ее радиостанция. Каждый переход таил в себе большую опасность. Ведь у нее кроме старого эстонского паспорта ничего не было. А на дорогах дежурили немецкие патрули…

В лесу на берегу озера было оставаться небезопасно, да и приближалась зима. 19 сентября в разведотделе получили телеграмму: «Отправляюсь в Тарту». После этого разведчица надолго замолчала. Перед ней встали сложные проблемы.

Мать с сестрами Марией и Региной жили на окраине города и радостно встретили Леэн. Но надо было как-то «легендироваться»: устроиться на работу, по возможности обменять старый эстонский паспорт. Но в условиях оккупационного режима, слежки гестапо сделать это было трудно. Тем более их семью многие знали в Эстонии: в советские времена муж старшей сестры — Аркадий — занимал высокий пост.

Леэн подумывала об отъезде в Пярну. Но там жили приемные родители Берзини. Можно было только гадать, как они себя поведут при встрече с ней.

На хуторе под Луутснику, что невдалеке от Выру, жила сестра Ольга. Место было глухое, Леэн никто там не знал. Вот туда она и отправилась. Но перед отправкой все-таки смогла собрать в Тарту развединформацию.

11 октября «Камбала» передала сразу несколько радиограмм.

Остановившись у сестры, разведчица-радистка наблюдала за движением вражеских колонн на шоссе Псков—Рига, делала поездки по железной дороге, узнавала расположение немецких гарнизонов. Возвращаясь на хутор, она зашифровывала разведданные и разворачивала в сарае радиостанцию. И так каждый день. Сестра Ольга, которая помогала ей в работе, позже рассказывала: «Когда Леэн уходила в сарай, чтобы установить связь со своими начальниками, я брала в руки пятимесячную дочь Лууле и прогуливалась у дороги, чтобы в случае опасности предупредить сестру».

 

Время шло. Питание радиостанции начало сдавать, и слышимость к концу ноября — началу декабря была не более двух-трех баллов. В архивах остался доклад оператора: «До 6. 11. 42 года корреспондент работал со слышимостью 1–2–3 балла, временами пропадал совершенно». Такое состояние связи беспокоило Центр. Радистке направили телеграмму: «При первой хорошей погоде высылаем вам все необходимое…»

Разведотдел планировал прислать несколько комплектов радиопитания, но Леэн без помощи Центра решила эту проблему. Где и как она достала батареи, теперь уже навсегда останется загадкой. 20 ноября «Камбала» вновь застучала в эфире на полную мощь.

Чтобы более эффективно выполнять задания Центра, Кульман принимает весьма смелое решение: переехать в Пярну к своим приемным родителям.

Из письма Леэн к сестре:

«У людей часто бывают трудности из-за того, что личные интересы страдают ради общественных. У меня сейчас совсем по-другому. Я знаю, что все, что я делаю ради Красной Армии, одновременно делается и для блага моих близких.

Каждое свое достижение я с двойным удовлетворением и радостью отношу как на счет Родины, так и личного благополучия. Жизнь в этих больших трудностях так прекрасна и так ценна. Если бы достичь всего, чего так хочется и чего ждет от тебя Родина! Может ли быть больше радости, чем право сказать после войны, что я помогала нашей победе!. »

Фриц и Эмилия Берзини приняли беглянку, предложив ей одну из комнат своей большой двухэтажной виллы на улице Сунелузе. Леэн рассказала о своих мытарствах, эвакуации. Но об остальном они не должны были знать.

Рацию разведчица спрятала в шкаф, замаскировала. Днем Леэн уходила в город, гуляла по набережной, на железнодорожной станции, по каменному молу, с которого был виден весь залив.

В конце декабря радистка провела сеансы связи из дома Берзиней: передала расположение складов, график прохождения воинских эшелонов.

После рождественских праздников Леэн покинула Пярну и возвратилась на хутор под Луутснику. В новогоднюю ночь она направила в Центр свою последнюю радиограмму: «Приветствую Родину в Новом году».

3 января 1943 года на хутор внезапно ворвались фашисты и учинили в доме сестры обыск. Казалось, все обошлось, но в конце обыска одному из фашистов удалось обнаружить в матраце радиостанцию.

Разведчицу арестовали. Вот как об этом позже вспоминала ее сестра Ольга: «Леэн была очень спокойной. Только лицо ее было бледнее обыкновенного. Ее твердое поведение помогло и мне сдерживать слезы. Она хотела мне что-то сказать, но ей не разрешили. Улучив момент, она прошептала: «Тебя я не вмешаю. Ты ничего не знаешь о всей этой истории. Ясно?»»

Однако арестовали не только разведчицу, но и ее родственников, знакомых. Три месяца фашистские спецслужбы вели допросы, склоняли к работе на себя. Но после ареста Центр не получил ни одной радиограммы — это значит, что советская разведчица-радистка отказалась сотрудничать с фашистами.

Как она погибла, не знает никто. Известно только, что в середине февраля ее, измученную, больную, в кандалах привезли в тартускую тюрьму.

Сохранились две короткие записи в документах немецкой службы безопасности: «Советская разведчица Леэн Кульман отправлена в распоряжение политической полиции города Выру, а позже передана немецкой сыскной полиции в Пскове». Вторая — еще короче: «Находясь под арестом, Кульман умерла».

Из письма Леэн сестре:

«Кто знает, каких еще жертв потребует теперешнее время. Если мы когда-нибудь будем стоять перед вопросом — жизнь или смерть, то будем знать, что перед нами будущее, ради которого есть смысл бороться и которое вдохновляет нас на жизнь. Но если нужно, то цель настолько велика и возвышенна, что можно отдать и жизнь. Не легко, и бездумно, а с глубоким убеждением, что так отдано самое дорогое для обеспечения нашей победы».

В 1965 году Леэн Андреевне Кульман было присвоено звание Героя Советского Союза.

http://litlife.club/br/?b=129202&p=46

 

Медиа